Петр Армяновский. Интервью

Донецко-московский-львовский художник акционист, актер, художник, режиссер Петр Армяновский рассказал, что такое ретроперфоманс с Мариной Абрамович, кто такой постмодерновый художник, каком образом можно поменяться ролями с собственным отцом и почему Петр не боится смерти театра.


Кто ты на сегодняшний день, москвич, львовянин или дончанин?

Если определять принадлежность к пространству через количество мыслей о нем и проведенного там времени, то дончанин. Если исходить из места жительства, то последний год я жил в Москве, а сейчас во Львове. Если иметь в виду ментальность и присущие жителям того или иного города стереотипы, то я, наверное, космополит.

Художественная, богемная, культурная среда Донецка и Москвы, что в них общего и существуют ли особенности?

В Москве собирают сливки, например, там 300 театров - большинство "мертвые", но есть дюжина очень достойных мест, есть попсовые фестивали, и есть фест "Новый европейский театр" с лучшими европейскими постановками. В Москве 434 музея, среди которых Третьяковская галерея, Пушкинский музей, Мультмедиа Арт Музей. И так можно по каждому направлению. Конкуренция повышает качество. Но чтобы добиться успеха нужно или служить системе (в самом широком смысле) или выстраивать свою.

Я имел в виду не количество музеев, а ощущение актуальности, "свежести" творческих процессов. Возможно, за количеством театров и музеев, мы не замечаем, что в принципе там/здесь такое же болото и клоака, какая имеет место быть, например, в Гадюкино?

Количество переходит в качество. Разнообразие стилей, жанров, направлений увеличивает шансы рождения чего-то “свежего”. А в закупоренной банке пауки начинают поедать друг друга. Так и в Гадюкино малое количество зрителей, узость взглядов и финансов не дадут развиться чему-то “свежему”.

andreevskiy_novyy_razmer.jpg

Перформанс "Сколько попугаев в Андреевском?" Фото: Наталья Филатова

(В рамках неофициальной программы фестиваля "Улица игр - игры улицы"). Киев, 2011

Кто ты, художник или постмодернист?

Мы живем в постмодернистском мире, где каждый художник.

Классический художник обладает своими инструментарием: красками, пером, камерой, а постмодерновый художник имеет в своем арсенале только свое "боди". Что останется после окончания "боди"?

Постмодерновый художник имеет в своем арсенале любые средства для проявления идей и отношений к "боди", времени, пространству, другим идеям. Например, science-art, readymade-art, street-art и пр.

"Сколько можно кричать?"

Я знаю, что ты участвовал в выставке Марины Абрамович в Москве в конце 2011 года. Стать активным участником ретроперформанса было нелегко, ты прошел сквозь отборочное сито. Почему ты согласился поэкспериментировать над собой?

Перформанс "Точка контакта". Выставка Марины Абрамович "В присутствии художника" . Москва, 2011

Стать активным было легко - это состояние сознания. Участником выставки стал благодаря удачному стечению обстоятельств. Момента "давания согласия" не было - эксперименты над собой это то, что я делаю постоянно.

Работать с Мариной Абрамович было легко, интересно, захватывающе, поучительно? Как бы ты охарактеризовал свое общение с Абрамович? И было ли общение, как плотно она участвовала в тренингах волонтеров, в подготовке выставки?

Петр Армяновский с Мариной Абрамович в ЦСК "Гараж". Москва, 2011. Фото: Алена Бакушина

В своем последнем интервью одному московскому журналу на вопрос о "воспитанниках" она сказала, что лишь трое по ее мнению имеют шансы стать настоящими художниками - один парень и две девушки. Тем не менее, ее отношение ко всем на тренинге, во время выставки и на последней встрече было заботливым, можно сказать материнским.

"Последний день реперформансов", реж. Петр Армяновский

Вопрос о том, что остается после художника, у меня связан с ценностью произведения. Поясню, в одной из лекций известный искусствовед Паола Волкова, рассказывала, что в Лувре в одном зале висят две картины Леонардо: знаменитая Джоконда и вторая, Св. Анна и Мария с младенцем. У первой толпа, вспышки камер, у второй, ничего нет, никакой шумихи, нет бронированного стекла. Обе одинаково гениальны, принадлежат одной руке Мастера... Тебе не кажется, что ценность и продолжительность жизни того же street-art зависит уже не от качества произведения и даже не от имени художника? И в таком случае, художник будь он классиком и постмодерновым, вообще не нужен. И собственно говоря, не есть ли такой процесс нивелирования цены и ценности произведения искусства следствием постмодерновой революции.

Есть искусство, и есть маркетинг. В кинобизнесе есть теория - что чем дороже фильм, тем он привлекательней для зрителей. С другой стороны "всякое искусство бесполезно" и художник никому кроме себя не нужен. "Можешь не писать - не пиши".

В последнее время ты активно осваиваешь технологии видеофиксации времени и пространства. Это новый этап для тебя или одно из составных твоего "боди"?

Это расширение зоны комфорта и ответственности. Этап, когда собственное улучшение, развитие, понимание возможно через осознание окружающего мира.

"Чернобыльцы", реж. Петр Армяновский

Ты нуждаешься в зрителе? Или тебе достаточно расширения комфорта и ответственности?

"Ты - это другой я". Зритель расширяет мое представление о совершаемом акте. Можно сказать, что он тоже участник.

Не многословен ты сегодня, Петр. Но получается, что все-таки зритель нужен. Только, как мне кажется, ты не определился с целевой аудиторией, как это модно нынче говорить про обычного зрителя?

Я еще сегодня ничего не кушал (15:24 - ред.). А целевая аудитория зависит от конкретной акции и определяется местом и временем - все кто находятся в "зоне" действия. Ведь странно видеть лужи и не замечать дождь.

Твой последний визит в Москву был связан с тем, что принимал участие в спектакле номинированным на премию "Золотая маска". Можешь рассказать, что это была за постановка?

Вот как это было для зрителей:

А для меня эта история началась еще прошлой осенью, когда я и познакомился с "Театрикой". Мне хотелось поближе узнать мистериальный театр. Иначе медиа-оперу "Арфистки в аду" вряд ли назовешь. Мы ее отыграли в день города Москвы. Но с первого раза я и не понял, что это было. Разве что - похоже на прыжок с парашютом. После второго показа могу сказать, что в этом спектакле мы не играли, а были рунами, символами, идеями. Интересное состояние, но очень сложно уловимое…

Ладно, не хочешь, не время, не нужно. А как ты относишься к социальным пространствам за рамками эмпирической жизни, в сети? Может ли художник, обойтись без "лайков", групп, френдленты?

На разных этапах развития художника сеть играет различную роль. Если он занимается социальными практиками, парсипативным искусством, то сеть, прекрасный инструмент для поиска сообщников. Если художник не желает расширять круг людей, мнение которых для него важно, то сеть - инструмент маркетинга.

Твой докспектакль «Отец: Мой: Сын» - это твоя попытка через анализ взаимоотношений "старых" и "малых" стать ближе к Отцу? Или всего лишь сценический эксперимент?

Мне давно казалось, что наши бесчисленные и "бессмысленные" разговоры с отцом интересны с художественной точки зрения. Например, обсуждение как собрать душевую кабину было на самом деле столкновением различных философских учений. Может, это Эдипов комплекс. В любом случае миф требовал выхода. Я пытался фиксировать наши бытовые диалоги на аудио, видео. Но это вызывало подозрения у отца и разъединяло еще больше. А для постановки спектакля нам пришлось договариваться, понимать друг друга и сохранять свои особенности. Еще это было погружением в историю нашего рода, возможно страны и эпохи.

Докспектакль "Отец: Мой: Сын", реж. Петр Армяновский. Донецк, 2013

Откуда пришла такая идея? Почему именно такая тема?

Толчком к спектаклю послужило знакомство с современным немецким театром. Там театр, не теряя художественной составляющей, является социальным и психологическим катализатором. После спектаклей проходят обсуждения, которые не менее важны и интересны чем события на сцене.

Докспектакль "Отец: Мой: Сын", реж. Петр Армяновский. Донецк, 2013

Скажи, миф нашел выход?

Как герой мифа я не могу сказать, закончен ли он. Мне было радостно узнать, что некоторые зрители после спектакля пришли к себе домой и попытались поговорить со своими родителями.

Т.е. для тебя миф продолжает актуально существовать, влиять на тебя, ограничивать и в тоже время, заставляет преодолевать трудности бытия.

Миф - это определенная конфигурация законов бытия. Освобождаясь от одних ограничений, попадаешь в другие.

А твоему отцу спектакль и такая игровая форма разобраться, прежде всего, наверное, в себе, в своих подходах во взаимодействии с собственными детьми, что-то дал?

За отца я говорил/играл во время спектакля. Сейчас этого делать не буду. Скажу, что как режиссер я не жалею о своем решении, а как сын - рад чаще видеть его улыбки.

Докспектакль "Отец: Мой: Сын", реж. Петр Армяновский. Донецк, 2013

Тебя не пугает тенденция, наметившаяся в последнее время в театре – наличие социальной, лечебной, психологической, педагогической функции. Это напоминает требования худсоветов, людей, стоявших на страже морали и культуры из нашего недавнего советского прошлого. Искусство (кино, театр, литература) обязано звать, указывать, лечить, облагораживать, приносить радость и пр. Тебя такая мысль, что искусство, должно быть образчиком, призывать пахать целину и сажать прекрасные вишневые сады, помогать заблудшим находит свет в конце тоннеля, не пугает?

Кто-то из культурных теоретиков сказал, что современное искусство ставит диагноз современному обществу. И в этом ракурсе такая тенденция вполне объяснима. Прошли лихие 90-е, ленивые 00-е. И появляется необходимость "собирать камни". Чем это напоминает советскую цензуру, я не знаю. Сейчас социализация искусства исходит от самих художников. Пока такие идеи, кажется, не особо принимаются обществом. Поэтому и требований то нет - каждый грезит своим вариантом светлого будущего. Когда гос. деньги пойдут не на шароварщину, а на "педагогическое" искусство тогда там и появятся худсоветы.

Конкретизирую вопрос. Ты не боишься, что театр превратится в представления больничных клоунов для агонизирующего общества?

Я не боюсь за театр, он может сгорать, но как Феникс воскресает вновь.

И последний вопрос: Кто же ты?

Если применять внешнюю систему координат, то Я - человек, сын, возможно, будущий отец, брат, друг, гражданин, украинец, уроженец Донецка, магистр компьютерных наук, активист, режиссер, актер, художник. А на вопрос "кто же ты?" самому себе я узнаю новые ответы каждый день, а бывает и ночь.

Ом Синебас

http://cinebus.org/ru/petr-armyanovskiy-intervyu

Мар 2013
Донецк